Учебник нового века - страница 2
.RU

Учебник нового века - страница 2



 

Технополисы впечатляют своими масштабами, научным, образовательным и техни­ческим потенциалом. В формировании таких технопарков ведущая роль принад­лежит высшим учебным заведениям. Например, в Японии 2/3 всех научных кадров страны (около 80 исследовательских и учебных заведений), где обучаются сотни тысяч студентов из 50 стран мира, сосредоточено в таком центре, объединяющем в себе как фирмы, так и высшие учебные заведения и НИИ, в которых проводятся фундаментальные и прикладные исследования. На базе ряда университетов на юге Франции сосредоточен крупный научный потенциал — «Дорога высокой техно­логии».

Формированию единого мирового образовательного пространства способству­ет развитие дистанционных форм обучения. Системы дистанционного обучения основаны на использовании компьютерной сети и спутниковой связи. Они позво­ляют решать образовательные задачи в масштабах целых континентов. Так реали­зуется проект единой Европейской обучающей среды. Шведский Балтийский уни­верситет, объединяющий более чем 50 университетов десяти стран балтийско­го региона, служит примером использования дистанционных методов. В США (по данным середины 1990-х годов) в программе дистанционного обучения уча­ствуют более 1 млн студентов. В мире функционируют глобальные системы дис­танционного обучения: «Глобальный лекционный зал», «Университет мира», «Международный электронный университет», обеспечивая обмен информацией в оперативном режиме. Именно в связи с развитием методов дистанционого обучения мировое образование получило один из мощных инструментов формирования своего единого пространства. Теперь оно способно вовлекать множество стран в интеграционные процессы в сфере образования и подготовки специалистов выравнивать качественное состояние составляющих мирового образовательного пространства.

В России за последние двести лет сформировалась уникальная система школьного и высшего образования. К концу XX века она насчитывает свыше 900 вузов всех форм собственности (федеральные, региональные и частные). Профессорско-преподавательский состав российской высшей школы составляет 240 тыс. человек, из которых около 20 тыс. докторов и около 120 тыс. кандидатов наук. Число российских преподавателей составляет 25 % от численности преподавателей вузов всего мира. Студенческий контингент российских вузов сохраняется в течение последних лет неизменным (2,7 млн человек). По своему объему это сопоставимо с численностью студентов вузов Великобритании, Бельгии, Нидерландов, Швеции и Польши вместе взятых. По числу студентов в расчете на 10 тыс. населения Россия стоит в одном ряду с Францией, Японией, Германией, Италией. Однако она почти втрое отстает от США и вчетверо от Канады. При этом только Европейская часть России концентрирует 1/4 часть общего числа вузов России и такую же долю студенческого контингента.

По данным 1995 года, число государственных общеобразовательных yчреждений в России составило 70 200, более 500 негосударственных школ и около 200 частных высших учебных заведений. В среднем по стране на одного учителя государственной общеобразовательной школы приходится 14 учащихся, частной школы — 4 человека, на одного преподавателя государственного вуза — 11человек. В России насчитывается 252 детских дома, около 2000 школ-интернатов, 5530 внешкольных учреждений.

Для мирового образования характерны весьма важные тенденции, особенно ярко проявляющиеся в конце XX века.

Первая тенденция — это повсеместная ориентация большинства стран на переход от элитного образования к высококачественному образованию для всех.

^ Вторая тенденция заключается в углублении межгосударственного сотрудничества в области образования. Активность развития данного процесса зависит от потенциала национальной системы образования и от равных условий партнерства государств и отдельных участников.

^ Третья тенденция предполагает существенное увеличение в мировом образовании гуманитарной составляющей в целом, а также за счет введения новых человекоориентированных научных и учебных дисциплин: политологии, психологии, социологии, культурологии, экологии, эргономики, экономики.

Еще одной важной тенденцией в развитии мирового образования является значитательное распространение нововведений при сохранении сложившихся национальных традиций и национальной идентичности стран и регионов. Поэтому пространство становится поликультурным и социально-ориентированным на развитие человека и цивилизации в целом, более открытым для формирования международной образовательной среды, наднациональным по характеру знаний и приобщению человека к мировым ценностям.

Наряду с вышеозначенными моментами в мировом образовании набирает силу «рыночный» и сугубо «деловой» подход.

ЮНЕСКО осуществляет организационное регулирование процесса развития мирового образовательного пространства. Данная организация разрабатывает для всех стран международно-правовые акты как глобального, так и регионального ха­рактера. Активно способствуя развитию интеграционных процессов в сфере обра­зования, нормотворческая деятельность ЮНЕСКО ориентирована на:

• создание условий для расширения сотрудничества народов в области обра­зования, науки и культуры;

• обеспечение всеобщего уважения законности и прав человека;

• вовлечение большего числа стран в процесс подготовки правовых основ для международной интеграции в сфере образования;

• исследование состояния образования в мире, включая отдельные регионы и страны; прогнозирование самых эффективных путей развития и интеграции;

• пропаганду принятых конвенций и рекомендаций;

• сбор и систематизацию отчетов государств о состоянии образования на каж­дый год.

Отчеты ЮНЕСКО публикуются как специальные издания. Например, «Кон­венция о борьбе с дискриминацией в области образования» (1960 год), «Конвен­ция о правах ребенка» (1989 год), «Конвенция о техническом и профессиональном образовании» (1989 год), «Конвенция о признании учебных курсов, дипломов, сви­детельств, ученых степеней для районов Средиземноморья, арабских государств, Африки, Латинской Америки, Азиатско-тихоокеанского региона» (1970 год), «Ре­комендации о положении учителей» (1966 год), «Рекомендации о развитии обра­зования взрослых» (1976 год). ЮНЕСКО подтверждает международную значи­мость образования в качестве важнейшей составляющей экономического, соци­ального и культурного развития современного общества. Международные правовые акты ЮНЕСКО глобализируют современное образование, выводя на уровень первостепенных задач: воспитание людей в духе мира, демократии и гу­манизма, уважения прав человека, культурных ценностей и традиций других на­родов, сохранения окружающей среды.

К настоящему времени в мире сложились следующие образовательные модели.

Американская модель: младшая средняя школа — средняя школа — старшая средняя школа — колледж двухгодичный — колледж четырехгодичный в струк­туре университета, а далее магистратура, аспирантура.

Французская модель: единый коллеж — технологический, профессиональный и общеобразовательный лицей — университет, магистратура, аспирантура.

Немецкая модель: общая школа — реальное училище, гимназия и основная школа — институт и университет, аспирантура.

Английская модель: объединенная школа — грамматическая и современная школа-колледж — университет, магистратура, аспирантура.

Российская модель: общеобразовательная школа — полная средняя школа, гимназия и лицей-колледж — институт, университет и академия — аспиранту­ра — докторантура.

 

Резюме

 

Пространственная структура мирового образования воплощает территориальные и статистические пропорции в развитии национальной системы каждой страны, отдельных регионов и континентов, глобального взаимодействия между системами образования отдельных стран и регионов.

Для мирового образовательного пространства характерны такие свойства, как динамичность, интернациональность и разная плотность связей между составляющими и концентрации образовательных систем.

В результате мировых интеграционных процессов к концу XX века сформировались отдельные типы регионов. Последние организовались по признаку международного сотрудничества в области образования и степени влияния на развитие образования других стран и регионов. К ним относятся регион Западной Европы, США и Канады, Латинской Америки, Африки (кроме ЮАР), Азиатско-Тихоокеанский и регион бывшего СССР и Восточной Европы.

Функцию нормативно-правовой поддержки процесса развития мирового образовательного пространства выполняет ЮНЕСКО.

В мире известны разные модели образования. Поиск новых моделей образования продолжается, и этот процесс непрерывен. Эффективность определенной модели образования подтверждает практика.

Вопросы и задания для самоконтроля

 

1. Перечислите глобальные тенденции в мировом образовании, проявившиеся к концу XX в.

2. Как понимается мировое образовательное пространство?

3. Какие свойства характерны для современного мирового образовательного пространства?

4. Какие тенденции характерны для современного образовательного пространства?

5. Назовите типы регионов по признаку их международного сотрудничества в области образования и по степени влияния на развитие образования в других странах мира?

6. На что ориентирована нормотворческая деятельность ЮНЕСКО?

7. Назовите наиболее известные международные образовательные проекты XX века.

8. Дайте характеристику группам стран по показателям ВНП на душу населения и численности студентов в расчете на 100 000 жителей страны.

9. Охарактеризуйте современные модели образования в развитых странах мира.

Глава V. ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

 

 

^ СУЩНОСТЬ И СТРУКТУРА ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

 

Сущность и структура педагогической деятельности, а также связанная с ними продуктивность — один из актуальнейших вопросов педагогической науки и прак­тики. Обычно научный анализ этих важных феноменов заменяется общими рас­суждениями о педагогическом искусстве. Да, творчество педагога неповторимо, это такое же высокое искусство, как творчество композитора и художника — а может быть, и куда более сложное. Вспомним, как гордился своей ра­ботой Волшебник в «Обыкновенном чуде» Евгения Швар­ца, приговаривая: «Подумаешь, сделать живое из мертво­го. А вот из живого сделать еще более живое!..»

«Не бывает воспитания, повсеместно пригодного для всего человеческо­го рода; более того, не бывает общества, где бы различные педагогические системы не существовали и не функционировали паралелльно».

Э. Дюркгейм.

Разумеется, научный анализ педагогической деятель­ности отдает должное уникальности творческого метода каждого педагога, но сам он построен не на описаниях, а на принципах сравнительного исследования, качественно-количественного анализа. Особенно перспективным при­нято считать направление, связанное с применением прин­ципов системного подхода к анализу и построению моде­лей педагогической деятельности.

Как подчеркивает Б. Ф. Ломов, идея системного подхода не нова. Системный подход является общим научным методом для решения теоретических и практи­ческих проблем. В психолого-педагогических исследованиях данный метод применяется сравнительно недавно. Разработка теории функциональных систем предпринятая П. К. Анохиным, позволила использовать системный подход в педагогике, а затем и в психологии. В начале 1970-х годов Ф. Ф. Королев, М. А. Данилов, В. М. Малинин ратовали за необходимость проведения системно-структурных исследований в области педагогики.

Система — это совокуп­ность множества вза­имосвязанных элемен­тов, образующих определенную целост­ность и взаимодейству­ющих между собой.

Система — это совокупность множества взаимосвязанных элементов, образующих определенную целостность. Она обязательно предполагает взаимодействие элементов.

Однако с точки зрения П. К. Анохина, взаимодействие как таковое не может сформировать систему из множества элементов. Разрабатывая теорию функциональных систем, П. К. Анохин подчеркивает, что системой можно назвать только такой комплекс избирательного вовлечения составляющих, где взаимодействие и взаимоотношение приобретают характер взаимосодействия компонентов, направленых на получение фокусированного полезного результата.

^ Центральная научная задача педагогики и педагогической психологии как науки заключается в том, чтобы описать, как именно составляющие системы зависят друг от друга.

В педагогике существуют многочисленные варианты применения общей теории систем к анализу педагогической деятельности. Так, Н. В. Кузьмина, вводя понятие педагогической системы, выделяет не только ее структурные составляющие, но и функциональные компоненты педагогической деятельности. В рамках этой модели выделяется пять структурных составляющих: 1) субъект педагогического воздействия; 2) объект педагогического воздействия; 3) предмет их совместной деятельности; 4) цели обучения и 5) средства педагогической коммуникации. На самом деле, указанные компоненты составляют систему. Попробуем убрать один из них — и сама педагогическая система тут же развалится, ликвидируется. С другой стороны, ни один компонент невозможно заменить на иной или на совокупность других составляющих. Выделить структурный компонент еще не значит полностью описать систему. Для того чтобы задать систему, необходимо не только выявить ее элементы, но и определить совокупность связей между ними. В данном случае все структурные компоненты педагогической системы находятся как в прямой, так и в обратной зависимости. Центральная научная задача педагогики и педагогической психологии как науки заключается в том, чтобы описать, как именно составляющие системы зависят друг от друга. Разрабатывая проблему педагогической деятельности, Н.В Кузьмина определила структуру деятельности учителя.

В данной модели были обозначены пять функциональных компонентов: 1) гностический; 2) проектировочный; 3) конструктивный; 4) организаторский и 5) коммуникативный.

1. ^ Гностический компонент (от греч. гнозис—познание) относится к сфере знаний педагога. Речь идет не только о знании своего предмета, но и о знании способов педагогической коммуникации, психологических особеннос­тей учащихся, а также о самопознании (собственной личности и деятель­ности).

2. ^ Проектировочный компонент включает в себя представления о перспектив­ных задачах обучения и воспитания, а также о стратегиях и способах их до­стижения.

3. Конструктивный компонент — это особенности конструирования педаго­гом собственной деятельности и активности учащихся с учетом ближних це­лей обучения и воспитания (урок, занятие, цикл занятий).

4. ^ Коммуникативный компонент — это особенности коммуникативной дея­тельности преподавателя, специфика его взаимодействия с учащимися. Ак­цент ставится на связи коммуникации с эффективностью педагогической дея­тельности, направленной на достижение дидактических (воспитательных и об­разовательных) целей.

5. ^ Организаторский компонент — это система умений педагога организовать собственную деятельность, а также активность учащихся.

Необходимо подчеркнуть, что все компоненты данной модели часто описыва­ются через систему соответствующих умений учителя. Представленные компо­ненты не только взаимосвязаны, но и в значительной степени пересекаются. Так, например, продумывая построение и ход урока, преподаватель обязательно дол­жен иметь в виду и то, с какого занятия придут на этот урок его ученики (скажем, после физкультуры школьникам обычно трудно успокоиться и сосредоточиться). Необходимо учитывать и характер и личные проблемы каждого из них (ведь не стоит вызывать к доске ребенка, расстроенного домашними неприятностями, а басня, пополам с хохотом прочитанная самым смешливым из класса, может сорвать урок). Так связаны между собой гностический и организаторский компо­ненты. По мнению В. И. Гинецинского, который также предлагает модель систем­ного характера, в педагогической деятельности можно выделить четыре функцио­нальных компонента: презентативный, инсентивный, корректирующий и диагно­стирующий.

1. Презентативная функция состоит в изложении учащимся содержания мате­риала. Выделение этой функции основано на абстрагировании от конкретных форм обучения. Она ориентирована на сам факт изложения учебного матери­ала.

2. Инсентивная функция заключается в том, чтобы вызвать у учащихся интерес к усвоению информации. Ее реализация связана с постановкой вопросов, оцен­кой ответов.

3. Корректирующая функция связана с исправлением и сопоставлением резуль­татов деятельности самих учащихся.

4. Диагностирующая функция обеспечивает обратную связь.

Преобладание той или иной функции в деятельности преподавателя указывает на то, что активность учащихся имеет определенный вид, поскольку реализуется определенный метод обучения. Например, ведущему положению инсентивной функции обычно сопутствует применение проблемного метода. Оригинальная концепция деятельности учителя разработана в работах А. К. Марковой. В структуре труда учителя она выделяет следующие составляющие: 1) профессиональные, психологические и педагогические знания; 2) профессиональные педагогические умения; 3) профессиональные психологические позиции и установки учителя; 4) личностные особенности, обеспечивающие овладение профессиональными знаниями и умениями. В рамках концепции А. К. Маркова (1993) выявляет и описывает десять групп педагогических умений. Рассмотрим вкратце содержание данной модели.

^ Первая группа включает в себя следующий ряд педагогических умений. Преподаватель должен уметь:

• увидеть в педагогической ситуации проблему и сформулировать ее в виде педагогических задач, при постановке педагогической задачи ориентироваться на ученика как на активного участника учебно-воспитательного процесса; изучать и преобразовывать педагогическую ситуацию;

• конкретизировать педагогические задачи, принимать оптимальное решение в любой создавшейся ситуации, предвидеть близкие и отдаленные результаты решения подобных задач.

^ Вторую группу педагогических умений составляют:

• работа с содержанием учебного материала;

• способность к педагогическому истолкованию информации;

• формирование у школьников учебных и социальных умений и навыков, осуществление межпредметных связей;

• изучение состояния психических функций учащихся, учет учебных возможностей школьников, предвидение типичных затруднений учащихся;

• умение исходить из мотивации учащихся при планировании и организации учебно-воспитательного процесса;

• умение использовать сочетания форм обучения и воспитания, учитывать затрату сил и времени учащихся и учителя.

^ Третья группа педагогических умений относится к области психолого- педагогических знаний и их практического применения. Преподавателю следует:

• соотносить затруднения учащихся с недочетами в своей работе;

• уметь создавать планы развития своей педагогической деятельности.

^ Четвертая группа умений — это приемы, позволяющие поставить разнообразные коммуникативные задачи, из которых самые главные — создание условий психологической безопасности в общении и реализация внутренних резервов партнера по общению.

^ Пятая группа умений включает в себя приемы, способствующие достижению высокого уровня общения. К ним относятся:

• умение понять позицию другого в общении, проявить интерес к его личности, ориентация на развитие личности ученика;

• способность истолковывать и читать его внутреннее состояние по нюансам поведения, владение средствами невербального общения (мимика, жесты);

• умение встать на точку зрения ученика и создать атмосферу доверия в обще­нии с другим человеком (ученик должен ощущать себя уникальной полноценной личностью);

• владение приемами риторики;

• использование организующих воздействий по сравнению с оценивающими и особенно дисциплинирующими;

• преобладание демократического стиля в процессе преподавания, умение с юмором отнестись к отдельным аспектам педагогической ситуации.

^ Шестая группа умений. Это умение удерживать устойчивую профессиональ­ную позицию педагога, понимающего значимость своей профессии, то есть реали­зация и развитие педагогических способностей; умение управлять своим эмоцио­нальным состоянием, придавая ему конструктивный, а не разрушительный харак­тер; осознание собственных положительных возможностей и возможностей уча­щихся, способствующее упрочению своей позитивной Я-концепции.

^ Седьмая группа умений понимается как осознание перспективы собственно­го профессионального развития, определение индивидуального стиля, максималь­ное использование природных интеллектуальных данных.

^ Восьмая группа умений представляет собой определение характеристик зна­ний, полученных учащимися в период учебного года; умение определять состоя­ние деятельности, умений и навыков, видов самоконтроля и самооценки в учеб­ной деятельности в начале и в конце года; умение выявить отдельные показатели обучаемости; умение стимулировать готовность к самообучению и непрерывному образованию.

^ Девятая группа умений — это оценивание учителем воспитанности и воспи-туемости школьников; умение распознавать по поведению учащихся согласован­ность нравственных норм и убеждений школьников; способность учителя увидеть личность ученика в целом, взаимосвязь его мыслей и поступков, умение создавать условия для стимуляции слаборазвитых черт личности.

^ Десятая группа умений связана с интегральной, неотъемлемой способнос­тью учителя оценить свой труд в целом. Речь идет об умении увидеть причинно-следственные связи между его задачами, целями, способами, средствами, услови­ями, результатами. Педагогу необходимо переходить от оценки отдельных педаго­гических умений к оценке своего профессионализма, результативности своей деятельности, от частного к целому.

Следует обратить внимание на то, что четвертая и пятая группа умений входят в сферу проблематики педагогического общения. Шестая и седьмая группы сопря­жены с проблематикой социально-педагогической психологии личности (педагога и учащегося). Вторая, девятая и десятая группы умений связаны с областью педа­гогической, девятая и десятая группы умений связаны с областью социальной пер­цепции, социально-педагогического восприятия или, точнее, с социально-когни­тивной (социально-познавательной) педагогической психологией (А. А. Реан). Де­сятая группа умений соотносится в основном с проблематикой самопознания, саморефлексии в личности и деятельности учителя, которая, как будет показано далее, непосредственно связана с вопросами познания педагогом личности уча­щегося.

В современной дидактической литературе распространено представление о моделировании как об одном из методов обучения. Заметим, что как научный метод моделирование известно очень давно.

Определение модели по В. А. Штоффу содержит четыре признака:

1) модель — мысленно представленная или материально реализуемая система;

2) она отражает объект исследования;

3) она способна замещать объект;

4) ее изучение дает новую информацию об объекте.

Под моделированием же понимается процесс построения и исследования моделей. При определении понятия “учебная модель” ударение делается на то, что характеристики модели должны легче восприниматься дидактически, чем сходные или идентичные характеристики в самом объекте. Структура дидактической модели содержит меньше элементов, чем сам объект. Исследования подтверждают, что применение моделирования как метода обучения приводит к существенному повышению эффективности обучения.

Так, С. И. Мещерякова провела эксперимент, в ходе которого одна группа студентов (68 человек) знакомилась с математическим моделированием при изучении курса общей физики, а другая (83 человека) не обучалась этому методу целенаправленно. В результате общая успеваемость по специальным курсам оказалась в первой группе выше, чем во второй.

Этот вывод подтверждается исследованиями, проведенными не только в высшей, но и в средней школе. В результате экспериментальных исследований было показано, что в процессе традиционного обучения деятельность моделирования стихийно не формируется. Следовательно, моделирование надо рассматривать как метод обучения и целенаправленно его использовать. Применение данного метода имеет свои особенности, пренебрежение которыми влечет негативные последствия. Так, А. А. Матюшкин-Герке показал, что отсутствие четкого разграничения между реальными объектами и математическими моделями, используемыми для изучения последних, приводит к формированию искаженного научного мировоззрения учащихся, что выражается в значительных затруднениях в процессе теоретического освоения курса и, особенно, при практическом его применении. Выбор педагогом методов обучения является одним из важнейших аспектов проблемы продуктивной педагогической деятельности. Сложность данного вопроса заключается в обусловленности выбора метода обучения чрезвычайно большим числом факторов. Проведя анализ педагогической литературы, Ю. К. Бабанский показал, что решение вопроса находится в зависимости от 23 различных показателей. На самом деле невозможно вести выбор методов, а, следовательно, и разработку всей структуры процесса обучения по 23 факторам. Ю. К. Бабанский предлагает при выборе метода обучения учитывать шесть основных параметров, которые включают в себя все многообразие факторов: закономерности и принципы обучения; цели и задачи обучения; содержание предмета; учебные возможности школьников; особенности внешних условий; возможности самих учителей.

Метод как категория дидактики органически связан со всеми структурными компонентами педагогической системы. Можно предположить, что и выбор метода обучения определяется совокупностью взаимосвязи метода с каждым из струк­турных компонентов педагогических систем. С позиций системного подхода, про­блема оптимального выбора состоит в выяснении зависимости между методом обучения и структурными компонентами: субъектом и объектом педагогического воздействия, предметом их совместной деятельности и целью обучения. Посколь­ку сам метод обучения входит в содержание компонента средств педагогической коммуникации, постольку здесь не идет речи о взаимосвязи вышеозначенных со­ставляющих. Одновременно можно поставить вопрос о связи методов и форм обу­чения, так как в этот компонент входит понятие о формах обучения. На самом деле, для проблемы выбора метода обучения значимой является его детерминиро­ванность именно четырьмя указанными структурными компонентами. Эта детер­минированность обусловлена самим процессом педагогической деятельности, где выбор метода осуществляется на определенном по форме занятии (лекция, семи­нар, практическое занятие, урок). Организационная форма занятия остается не­изменной, а конкретные цели обучения, содержание предмета, состояние субъек­та и объекта педагогического воздействия подвержены изменениям. При этом остается актуальной мысль Н. Д. Никандрова о том, что каждой организационной форме обучения свойственны ведущие его методы. В целом, в современной дидак­тике проблема оптимального выбора методов обучения понимается в контексте зависимости выбора от ряда факторов внутри конкретной формы обучения.

Спецификой высшей школы является самостоятельная деятельность студен­тов. На самом деле подобное положение вещей преподаватели часто связывают с межэкзаменационным оцениванием, сведенным до минимума. Однако такое по­нимание специфичной для высшей школы самостоятельности студентов вряд ли имеет под собой основание. Ведь эффективность самостоятельной подготовки сту­дентов не так уж высока. Нерегулярность учебно-методического воздействия (кон­сультации, тестирование, контроль) приводит к снижению успеваемости. Специ­альные исследования также свидетельствуют о том, что мысль Б. Г. Ананьева о том, что «...отсутствие оценки есть самый худший вид оценки, поскольку это воз­действие не ориентирующее, а дезориентирующее», справедлива для любых педа­гогических систем, а не только для средней школы. Для высшей школы, наряду с традиционными, необходима организация новых способов контроля, максималь­но экономичных по времени. Одним из перспективных направлений в этой связи является разработка и применение в процессе обучения дидактических тестов. Естественно, особенно важно частое оценивание на младших курсах. Почему? Как показывает практика, наибольшие затруднения в ходе самостоятельной подготов­ки испытывают именно студенты младших курсов. Для данного периода обучения необходимо увеличить количество тестов и способов оценивания. В чем причина этих сложностей с адаптацией? В школе, даже в старших классах, ученика посто­янно контролируют несколько учителей, каждую неделю, а то и несколько раз в неделю проводятся тесты, контрольные работы и т.д., не говоря уже об устных опросах, рефератах и прочем. Попав в вуз, вчерашний школьник сталкивается с тем, что фактически никто не следит за его учебой. Зачетная неделя и сессия — контроль, осуществляемый раз в полгода. Прибавим к этому бытующую во многих вузах свободную посещаемость занятий. Вполне естественно, что молодые люди, предоставленные сами себе, оказываются в ситуации, которую можно описать цитатой из Владимира Высоцкого: «Мне вчера дали свободу — что я с ней делать буду?» Всеобъемлющий и систематический контроль в школе сменяется без вся­кого переходного периода — почти полной самостоятельностью в вузе.

Межсессионный контроль представляет собой лишь составляющую оценива­ния, и было бы неверно сводить все оценивание только к нему. Исследования, про­веденные в рамках педагогики высшей школы, показывают, что наличие только одной системы учета и контроля характерно для непродуктивной (формальной) требовательности. Продуктивная требовательность представлена, помимо учета и контроля, системой поощрений и наказаний. Таким образом, рубежное (меж­сессионное) оценивание представляется необходимым элементом деятельности преподавателя высшей школы, особенно на младших курсах. Другим перспектив­ным направлением решения проблемы адаптации является совершенствование методов обучения студентов посредством преподавания приемов самостоятель­ной работы.

В заключение следует отметить, что при анализе педагогической деятельнос­ти возможно использование различных моделей. Выбор и применение моделей обусловливаются базовой теоретической или практической концепцией, а также теми конкретными задачами, которые ставятся исследователем или практиком. Важно помнить следующее: педагогическая деятельность является сов­местной, а не индивидуальной. Она совместна уже потому, что в педагогическом процессе обязательно присутствуют две активные стороны: учитель, преподава­тель — ученик, студент. В этой связи часто говорят, что педагогическая деятель­ность строится по законам общения. Однако педагогическая деятельность являет­ся совместной еще и в другом смысле. Практически всегда она является «ансамб­левой». Ученик, студент в процессе обучения одновременно взаимодействует не с одним педагогом, а с целой группой учителей, преподавателей. Когда деятельность педагогов оказывается совместной, согласованной, «ансамблевой», тогда их педа­гогическая активность оказывается эффективной и развивает личность учащего­ся. Высшим критерием такой согласованности представляется не просто взаимо­действие педагогов между собой, но их взаимосодействие, направленное на до­стижение конечной задачи. Этой конечной задачей является не достижение методически совершенного процесса, а личность учащегося — его развитие, обу­чение и воспитание.

Общеизвестно, что по сути педагогическая деятельность носит творческий ха­рактер. Какова же взаимосвязь профессионализма и творчества в деятельности педагога? Может, эти понятия вообще синонимичны? Творчество обычно опреде­ляется как процесс, результатом которого является создание новых материаль­ных или духовных ценностей. Критерий новизны может иметь как объективное содержание (новое для данной отрасли знаний), так и субъективное (новое для индивида — субъекта деятельности). Однако при любом понимании критерия но­визны творчество представляет собой мышление в его высшей форме, выходящее за пределы решения возникшей задачи известными способами. Если творчест­во доминирует в процессе мышления, то оно проявляется как воображение (К. К. Платонов). Профессионализм педагога находится в тесной связи с творчеством. Однако данные понятия не синонимичны: профессионально грамотные дей­ствия не являются непременно результатом творчества педагога.

Творчество в педагогической деятельности часто рассматривается как пана­цея от всех бед, как доминанта, не оставляющая места репродуктивной (воспроиз­водящей) деятельности. Как правило, репродуктивная деятельность признается лишь в качестве нежелательного, но необходимого перехода к творчеству. Недо­оценивается тот факт, что репродуктивность в педагогической деятельности име­ет многоуровневую структуру: от неуверенного пересказа знаний до умения адап­тировать материал с учетом многих внешних факторов. Репродуктивность озна­чает способность и перестроить собственную педагогическую деятельность в изменившихся обстоятельствах. Мастер педагогического труда — это высо­кокомпетентный в психолого-педагогической и в собственно предметной области специалист, умеющий репродуцировать на высоком уровне профессиональные знания, навыки и умения. Для подготовки специалистов следует акцентировать внимание на формулировании «технологических» выводов из психолого-педа­гогических исследований: как действовать в сложившейся ситуации; какой метод (обучения, воспитания) избрать, какой способ (общения, воздействия) целесооб­разен в данных условиях; в чем состоит его ограниченность.

Уровень профессионализма педагога зависит от его компетентности (педагогической, социально-психологической, дифференциально-психологической), а также от степени развития профессионально-педагогического мышления. Педа­гогическое творчество эффективно, если оно основывается на высокой професси­онально-педагогической компетентности. К сожалению, во многих случаях эта компетентность отсутствует, приводя к дидактогеническим прецедентам (причи­нению вреда нервно-психическому здоровью учащихся). Профессиональное мас­терство тесно взаимодействует с творчеством. Истинное педагогическое творче­ство соответствует объективному, а не субъективному критерию новизны, результатов творческой деятельности.

При понимании педагогического творчества, если при­держиваться объективного критерия, может создаться представление, что данному критерию отвечают единицы из десятков тысяч педагогов. Но оно ошибочно. В основе этой распространенной ошибки лежит неверное понима­ние результата педагогического труда. На самом деле очень мало педагогов, создающих объективно новые тех­нологии обучения или воспитания. Но уже любой урок, практическое занятие, удачно комбинирующие известные методы и методики, в некоторой мере являются результа­том творчества. Это подтверждается тем, что создание новой системы из извест­ных элементов — уже проявление творчества. Построение и проведение каждого занятия требует творческого подхода. Любой урок включает в себя не только те или иные схемы его проведения, но всегда разное социально-психологическое со­стояние группы и отдельных учащихся, а также наличие индивидуальности каж­дого человека. В заключение приведем еще один аргумент, доказывающий, что объективному критерию педагогического творчества отвечают не только те (педагоги), кто создает новые методы и подходы. Существует два вида результа­тов педагогической деятельности. Один из них относится к функциональным про­дуктам деятельности (уроку, занятию, методу, методике). Другой (и главный) предполагает психологические продукты деятельности (психические новообразо­вания в личности учащихся). Иначе говоря, основным и конечным результа­том педагогической деятельности является сам учащийся, развитие его лич­ности, способностей и компетентности. Поскольку каждый учащийся объек­тивно неповторим как личность, результативная педагогическая деятельность является непременно творческой, уже по самому строгому критерию.

Резюме

 

Отдавая должное моментам неповторимости в творчестве того или иного педаго­га, необходимо подчеркнуть, что возможен научный анализ педагогической дея­тельности, построенный не на описаниях, а на принципах сравнительного иссле­дования, качественно-количественного анализа. Перспективным в связи с этим является направление, связанное с применением принципов системного подхода к анализу педагогической деятельности и построения моделей этой деятельности. По определению, система — это множество элементов с отношениями и связями между ними, образующих определенную целостность. Применительно к педаго­гическим системам можно и нужно усилить это определение и считать, что систе­мой можно назвать только такой комплекс избирательного вовлечения компонен­тов, у которых взаимодействие и взаимоотношение приобретают характер взаи­мосодействия компонентов, направленных на получение фокусированного полезного результата. Структурными компонентами педагогической системы яв­ляются: субъект и объект педагогического воздействия, предмет их совместной деятельности, цели обучения и средства педагогической коммуникации. В струк­туре труда учителя выделяются следующие составляющие: профессиональные психологические и педагогические знания; профессиональные педагогические умения; профессиональные психологические позиции, установки учителя, требу­емые от него профессией; личностные особенности, обеспечивающие овладение учителем профессиональными знаниями и умениями. Педагогическая деятель­ность — это деятельность не индивидуальная, а совместная. Она всегда совмест­ная уже потому, что в педагогическом процессе обязательно присутствуют две активные стороны: учитель, преподаватель — и ученик, студент. Педагогическая деятельность является совместной также и потому, что практически всегда эта деятельность является «ансамблевой». Ученик, студент в процессе обучения од­новременно взаимодействует не с одним педагогом, а с целой группой учителей, преподавателей. И их педагогическая деятельность оказывается наиболее эффек­тивной, их усилия оставляют наибольший след в личности учащегося тогда, когда деятельность педагогов оказывается совместной, согласованной, «ансамблевой». Высшим критерием такой согласованности является не просто взаимодействие педагогов между собой, но их взаимосодействие, направленное на достижение конечной цели, каковой является вовсе не методическое совершенство процесса, а личность учащегося — его развитие, обучение и воспитание.

 

^ Основным и конечным результатом педаго­гической деятельности является сам учащийся, развитие его личности, способностей и компетентности.

 

Вопросы и задания для самоконтроля

 

1. Что такое педагогическая система? Какова ее структура?

2. Какие модели педагогической деятельности вы знаете? Охарактеризуйте их.

3. Какова роль и место творчества в структуре профессионализма педагогической де­ятельности?

 

^ ПЕДАГОГИЧЕСКОЕ ОБЩЕНИЕ

 

Общение между учителем и учеником — одна из основных форм, в которой до­шла до нас тысячелетняя мудрость, накопленная человечеством. В Новом Завете христианская доктрина изложена по большей части в виде общения Христа с уче­никами. А дзэн-буддизм, религиозная философия, почти не знавшая трактатов, как мозаика, складывается из историй о монахах-учителях и их учениках.

Различные новые подходы в педагогической практике (педагогика сотрудниче­ства, коммунарская методика и др.) с психологической точки зрения связаны с переходом от системы понятий и схемы анализа «субъект—объект» к системе «субъект—субъект». Первая схема, которая до последне­го времени преобладала в теоретических и эксперимен­тальных исследованиях, представлена работами по психо­логии педагогической деятельности. Вторая, становящая­ся все более популярной сейчас, связана с работами по психологии педагогического общения. Конечно, категории «общение» и «деятельность» — совершенно самостоя­тельны и описывают различные реалии. Однако между ними существует и диалектическая взаимосвязь. Более того, можно утверждать, что существуют виды деятельно­сти, которые принципиально строятся по законам общения. Педагогическая дея­тельность — одна из них.

«Учитель по определе­нию — человек, понимающий проблемы детей».

А. Адлер

Под педагогическим общением обычно понимают профессиональное общение преподавателя с учащимися на уроке и вне его (в процессе обучения и воспита­ния), имеющее определенные педагогические функции и направленное (если оно полноценное и оптимальное) на создание благоприятного психологического кли­мата, а также на другого рода психологическую оптимизацию учебной деятельно­сти и отношений между педагогом и учащимся (А. А. Леонтьев).

Один из критериев продуктивного педагогического общения — это создание благоприятного психологического климата, формирование определенных межлич­ностных отношений в учебной группе. Межличностные отношения в учебной группе действительно должны формироваться педагогом целенаправленно. При этом на определенных — высших — стадиях основным их источником становит­ся саморазвитие коллектива. Но на начальных этапах центральное место в фор­мировании высокого уровня межличностных отношений принадлежит педагогу. Недаром поэты Древнего Востока говорили, что ученики подобны фруктовому саду, а учитель — садовнику. Поначалу деревца слабые и их жизнь полностью за­висит от хлопот садовника, но потом, окрепнув, они растут сами и приносят слад­кие плоды.

Проблема эффективности общения приобрела в последнее время большое зна­чение. Ей посвящены труды многих известных психологов — А. А. Бодалева, Б. Ф. Ломова, Е. С. Кузьмина, В. В. Знакова, А. А. Леонтьева, А. А. Реана и др. Следует отметить, что в качестве самостоятельного на­правления выделяется проблема эффективного педагоги­ческого общения (И. А. Зимняя, Я. Л. Коломинский, С. В. Кондратьева, А. А. Леонтьев, Н. В. Кузьмина, А. А. Реан и др.). Экспериментальные исследования пока­зывают, что среди множества задач, встающих перед пе­дагогом, наиболее сложными оказываются задачи, связан­ные с общением. Они предполагают, что педагог обладает достаточно высоким уровнем развития коммуникативных умений.

Педагогическое об­щение — это професси­ональное общение пре­подавателя с учащими­ся на уроке и вне его (в процессе обучения и воспитания), имею­щее определенные педагогические функ­ции и направленное на создание благопри­ятного психологическо­го климата, а также на другого рода психо­логическую оптимиза­цию учебной деятель­ности и отношений между педагогом и учащимся.

А. А. Леонтьев

В исследовании С. В. Кондратьевой анализируется вза­имосвязь между уровнем понимания педагогом учащихся и характерной для него структурой педагогических воз­действий. (Уровень понимания педагогом учащихся соот­носится с уровнем педагогической деятельности.) Резуль­таты исследования представлены в табл. 2.

Как видим, в структуре воздействий преподавателей высокого уровня деятельности на первом месте стоят воз­действия организующего характера, а у преподавателя низкого уровня деятельности—дисциплинирующего. Если педагог не уделяет достаточного внимания организа­ции деятельности учащихся, то впоследствии ему прихо­дится тратить силы и время на поддержание дисциплины. Беспорядок возникает там, где нет организации. Можно сказать и по-другому. Бес­порядок возникает не потому, что люди анархичны и хаотичны, а потому, что их деятельность бывает плохо организована.

В ходе описанного выше исследования было установлено, что среднее количе­ство воздействий за одно занятие у преподавателя высокого уровня деятельности равно 17, а у преподавателя низкого уровня деятельности — 69. Таким образом, при высоком уровне деятельности воздействий производится меньше, но сами по себе они эффективнее.

Анализируя данные исследования, остается только поражаться, каким обра­зом педагоги низкого уровня деятельности умудряются за 45 минут урока осуще­ствить 69 вербальных воздействий на учащихся. Вероятно, в ходе урока то и дело звучат многочисленные замечания, указания и т. д. (В конце этого раздела мы об­ратимся к рассмотрению склонности педагогов к преобладанию собственной вер­бальной активности в ущерб активности учащихся, подтвержденной данными ис­следований (А. А. Реан, Э. Стоунс, П. У. Крейтсберг).

^ Таблица 2. Связь структуры воздействия с уровнем понимания учителем учащихся

 

Виды воздействия

 

Уровень понимания учителем учащихся

 

высокий

 

низкий

 

Организующие

 

48,0%

 

22,5%

 

Оценивающий

 

13,7%

 

31,0%

 

Дисциплинирующий

 

38,3%

 

46,5%

 

 

Репертуар вербальных воздействий педагога на учащихся, как оказалось, так­же связан с уровнем деятельности учителя и с уровнем понимания им личности учащегося. В арсенале учителя высокого уровня деятельности содержится в сред­нем 34 вида воздействий, а в репертуаре учителя низкого уровня деятельности — всего 24 (С. В. Кондратьева, 1984). При этом на 17 реальных воздействий за урок у преподавателя высокого уровня деятельности приходится 34 потенциальных воздействия из репертуара. А вот у преподавателя низкого уровня деятельности, напротив, 69 реальных воздействия за урок обеспечиваются «арсеналом» всего из 24 воздействий. В этих условиях общение преподавателя с учениками, очевидно, сводится к назойливому многократному повторению одних и тех же замечаний.

Система вербальных воздействий преподавателей высокого и низкого уровней деятельности отличается не только количественно, но и качественно. С. В. Конд­ратьева установила, что чаще всего преподаватели высокого уровня используют следующие формы словесного воздействия (в порядке значимости): инструктиро­вание, повышение интонации, называние фамилии, поощрение, юмор. Преподава­тели низкого уровня деятельности также часто повышают голос или обращаются к ученикам по фамилии, но к юмору и поощрению прибегают крайне редко. Еще менее характерно для них инструктирование, поскольку такие педагоги больше дисциплинируют, чем организуют учеников.

Зарубежные исследования, посвященные анализу структуры вербального вза­имодействия преподавателя с учащимися, показывают, что приблизительно 2/3 об­щего вербального взаимодействия на занятии приходится на речь преподавателя (Э. Стоунс). Таким образом, преподаватель говорит на занятии в два раза больше, чем его учащиеся. Эта тенденция подтверждается также и данными отечествен­ных исследований (П. У. Крейтсберг, А. А. Реан). Отношение продолжительности речи преподавателя к продолжительности речи учащихся варьирует от 2,3 до 6,3, а среднее значение этого отношения больше 4, можно предполагать, что подоб­ная диспропорция объясняется сложившимися в большинстве культур взглядами на деятельность преподавателя. По сложившейся традиции вербальная актив­ность преподавателя должна занимать большую часть времени занятия. В против­ном случае поведение преподавателя рассматривается как уклонение от своих обязанностей. Конечно, такие воззрения вряд ли справедливы с педагогической точки зрения: известно, что эффективность обучения связана именно с уровнем

собственной активности учащихся на занятии и, в более широком смысле, эффек­тивность развития личности учащегося. Поэтому в случае, когда ориентация на информационно-перцептивное обучение является доминирующей, когда ставка делается лишь на активность педагога, необходимо изменение самой концепции преподавания.

Эффективное педагогическое общение всегда направлено на формирование по­зитивной «Я-концепции» личности, на развитие у учащегося уверенности в себе, в своих силах, в своем потенциале. Чтобы подтвердить, какой большой вклад могут внести учителя в развитие положительной самооценки и веры в себя у ребенка, приведем результаты одного эксперимента. Этот опыт, проведенный в американ­ской школе психологом Р. Розенталем, стал классикой. Состоял он в следующем. Психолог протестировал школьников по различным шкалам интеллекта, а затем наугад выбрал из списка каждого пятого независимо от результатов теста и объя­вил учителям, что именно эти несколько детей показали наиболее высокий уро­вень интеллекта, уровень способностей и что в будущем именно они покажут наи­более высокие результаты в учебе. А в конце учебного года он повторил тестиро­вание этих же детей и, как ни странно, выяснилось, что те, кого психолог выбрал наугад и высоко оценил как наиболее способных, действительно учатся лучше других. Результаты этого эксперимента свидетельствуют, что «Я-концепция» за­висит от социального окружения ребенка, от особенностей отношения к нему в процессе педагогического общения. Та установка, которую психолог дал учите­лям, передалась детям по нескольким направлениям. Первое: учитель верил, что ребенок в самом деле способный, и начинал различать в нем потенциал, который раньше, без указаний со стороны, мог остаться незамеченным. Открыв такие спо­собности, он неоднократно даст ученику положительную вербальную оценку; а похвала стимулирует положительное отношение ребенка к себе, веру в свои силы. Второе направление: веря в потенциал ребенка, учитель, вероятнее всего, и в учебном процессе будет рассчитывать на ребенка как наиболее способного. Это отразится в его общении с учеником уже не только на речевом уровне, но и в организации такого предметного взаимодействия, которое позволяет эффективно развивать эти способности.

Этот феномен получил название «эффект Пигмалиона», которое восходит к известному античному мифу о скульпторе, изваявшем статую прекрасной Галатеи и оживившем ее силой своей любви. Отношение к статуе как к живой жен­щине сделало чудо. «Эффект Пигмалиона» формулируется следующим образом: если к какому-либо событию или явлению относиться как к реально совершивше­муся, оно и в самом деле происходит. Спроецируем эту закономерность на нашу тему «Я-концепции». Итак, если мы относимся к ребенку как к способному, ответ­ственному, дисциплинированному и даем ему это понять — мы создаем предпо­сылки для того, чтобы он и в самом деле таковым становился. В противном случае отрицательное отношение запустит тот же механизм самореализующегося пред­сказания («эффект Пигмалиона»), но в обратную сторону. Ребенок будет плохо относиться к себе, а педагог тем самым заложит основу его будущего комплекса неполноценности.

Позитивное отношение к личности учащегося и система приемов поощре­ния — важная часть педагогического общения. Однако само поощрение может

 

 

 

^ Таблица 3. Эффективное и неэффективное поощрение (по П. Массену, Дж. Конджеру и др.)

 

Эффективное поощрение

 

Неэффективное поощрение

 

1. Осуществляется постоянно

 

1. Осуществляется от случая к случаю

 

2. Сопровождается объяснением, что именно достойно поощрения

 

2. Делается в общих чертах

 

3. Учитель проявляет заинтересованность в успехах учащегося

 

3. Учитель проявляет минимальное формальное внимание к успехам учащегося

 

4. Учитель поощряет достижение определенных результатов

4. Учитель отмечает участие в работе вообще

 

5. Сообщает учащемуся о значимости достигнутых результатов

 

5. Дает учащемуся сведения о его достижениях, не подчеркивая их значимость

 

6. Ориентирует учащегося на умение организовать работу с целью достижения хороших результатов

 

6. Ориентирует учащегося на сравнение своих результатов с результатами других, на соревнование

 

7. Учитель дает сравнение прошлых и настоящих достижений учащегося

 

7. Достижения учащегося оцениваются в сравнении с успехами других

 

8. Поощрение для данного учащегося соразмерно затраченным этим учащимся усилиям

 

8. Поощрение независимо от усилий, затраченных учащимся

 

9. Связывает достигнутое с затраченными усилиями, полагая, что такой успех может быть достигнут и впредь

 

9. Связывает достигнутый результат только с наличием способностей или благоприятных обстоятельств

 

10. Учитель воздействует на мотивационную сферу личности учащегося, опираясь на внутренние стимулы: учащийся с удовольствием выполняет задание, потому что оно интересное, или хочет развить соответствующее умение, то есть получает удовлетворение от самого процесса учения

 

10. Учитель опирается на внешние стимулы: учащийся старается лучше выполнить задание, чтобы заслужить похвалу учителя или победить в соревновании, получить награду и т. д.

 

11. Обращает внимание учащегося на то, что повышение успеваемости зависит от реализации потенциальных возможностей учащегося

 

11. Обращает внимание учащегося на то, что его прогресс в учебе зависит от усилий учителя

 

12. Способствует проявлению заинтересованности в новой работе, когда прежнее задание выполнено

12. Вторгается в процесс работы, отвлекает от необходимости постоянной работы

 

быть как эффективным, так и неэффективным. Критерии и признаки эффективно­го и неэффективного поощрения в педагогическом общении представлены в табл.3.

Плодотворное педагогическое общение одной из своих целей ставит также за­дачу повышения уровня межличностных отношений в реальном коллективе уча­щихся. Очень трудно решать эту задачу, не зная действительных ценностных ори­ентаций коллектива в целом и конкретных личностей в нем. По данным исследо­ваний, наиболее привлекательные качества, определяющие межличностные отношения и взаимные симпатии учащихся, — отзывчивость, доброжелатель­ность, искренность, верность слову, а также ряд качеств, связанных с волевой сферой личности.

Эти результаты, конечно, отражают положительные моменты в межличност­ных отношениях и ценностях учащихся. Педагог может и должен опираться в сво­ей работе на имеющуюся систему положительных ценностей учащихся. Повышать уровень межличностных отношений в группе можно, используя в качестве опор те представления о системе положительных качеств личности, которые уже сло­жились в коллективе. Педагогу следует замечать и поощрять проявление этих ка­честв в межличностных отношениях учащихся между собой, акцентировать на них внимание, рассматривать их как ценность в процессе собственного педагогиче­ского общения, не забывать о месте, которое занимают указанные качества в вос­приятии другого человека как личности и т.д. Имеется множество других кон­кретных способов улучшить отношения в коллективе.

В ряде учебных коллективов (не во всех, но, к сожалению, во многих) такие ценности, как достижения в учении, уровень и разносторонность знаний, разви­тость интеллекта ценятся очень мало. Еще меньшим весом в таких коллективах, как показывают исследования (А. А. Реан, 1990, 1994), обладают качества, свя­занные с трудолюбием, с уровнем профессионализма. Эти данные отражают отри­цательные моменты в структуре ценностных ориентаций учащихся. Конечно, пе­дагог может радоваться, если учащиеся ценят в своих сверстниках прежде всего такие человеческие качества, как доброжелательность, отзывчивость, воля, вер­ность слову и т. п. Но тревогу вызывает то, что в тех же коллективах ученики совсем не ценят качества, которые определяют уровень интеллектуального разви­тия, компетентности и профессионализма человека. Именно этой расстановкой сил в системе ценностей учащихся, конечно, объясняется падение престижа «от­личника» с социально-психологической точки зрения.

Многие преподаватели, работающие в подобных коллективах, вполне адекват­но понимают ситуацию. Из интервью с преподавателем Р. А. (педагогический стаж 18 лет):

«Высокие достижения в учебе являются даже негативным фактором в социально-пси­хологическом аспекте. Обычно в литературе рекомендуют: "Нельзя при всех ругать уче­ника". Я же для себя сделал вывод: нельзя при всех и хвалить учащегося за учебные дости­жения. Этим ему можешь даже навредить. В смысле установления контактов в группе».

Понятно, что призывы педагогов к равнению на лучших учащихся не произве­дут эффекта до тех пор, пока педагогический коллектив не направит свои усилия (не только вербально, но и организационно) на исправление описанной выше сис­темы ценностей. Вместе с тем ясно, что эту проблему невозможно решить лишь методами педагогического и психологического порядка. Повышение мотивации учения учащихся, превращение учебной успешности в значимую ценность меж­личностных отношений, конечно, невозможно до тех пор, пока в целом в обще­стве не будет установлено правильное соотношение между социальным успехом человека и его уровнем образования.

 

Резюме

 

Под педагогическим общением обычно понимают профессиональное общение пре­подавателя с учащимися в процессе обучения и воспитания, направленное на ре­шение определенных педагогических задач и реализацию педагогических функ­ций. Между категориями «общение» и «деятельность» существует диалектиче­ская взаимосвязь. Более того, можно утверждать, что существуют виды деятель­ности, которые принципиально строятся по законам общения. Очевидно, педагогическая деятельность — одна из них. Межличностные отношения в учеб­ной группе должны формироваться педагогом целенаправленно в процессе педа­гогического общения. При этом на определенных — высших — стадиях ведущим источником становится саморазвитие коллектива. Но на начальных этапах цент­ральное место в формировании высокого уровня межличностных отношений при­надлежит педагогу. Эмпирически установлены различия в структуре общения пре­подавателей различного уровня педагогического мастерства. Так в структуре воз­действий преподвателей высокого уровня на первом месте стоят воздействия орга­низующего характера, а у преподавателя низкого уровня — дисциплинирующего. При этом организующие воздействия в структуре взаимодействия преподавате­лей низкого уровня занимают последнее ранговое место. Широта репертуара вер­бальных воздействий педагога на учащихся также связана с уровнем деятельнос­ти учителя и с уровнем понимания им личности учащегося. Отношение продол­жительности речи преподавателя к продолжительности речи учащихся в течение занятия варьирует от 2,3 до 6,3, а среднее значение этого отношения больше 4. Чем более высок уровень профессионализма педагога, тем меньше диспропорцио­нальность этого соотношения. Эффективное педагогическое общение всегда на­правлено на формирование позитивной «Я-концепции» личности, на развитие учащегося уверенности в себе, в своих силах, в своем потенциале. Позитивное отношение к личности учащегося и система приемов поощрения являются важ­ной стороной педагогического общения. Однако само поощрение может быть как эффективным, так и неэффективным.

 

Вопросы и задания для самоконтроля

 

1. Что понимается под педагогическим общением?

2. Каковы особенности педагогического общения у преподавателей различного уров­ня профессионализма?

3. Какова роль педагогического общения в развитии позитивной «Я-концепции»?

4. Что такое «эффект Пигмалиона» и в чем его педагогический смысл?

5. Какова структура эффективного и неэффективного педагогического поощрения?

 

^ СТИЛИ ПЕДАГОГИЧЕСКОГО РУКОВОДСТВА

 

Педагогическое общение — это особенное общение, специфика которого обуслов­лена различными социально-ролевыми и функциональными позициями субъек­тов этого общения. Учитель в процессе педагогического общения осуществляет (в прямой или косвенной форме) свои социально-ролевые и функциональные обязанности по руководству процессом обучения и воспитания. От того, каковы стилевые особен­ности этого общения и руководства, в существенной мере зависит эффективность процессов обучения и воспитания, особенности развития личности и формирования межлич­ностных отношений в учебной группе.

^ Педагогическое обще­ние — это особенное общение, специфика которого обусловлена различными социально-ролевыми и функцио­нальными позициями субъектов этого общения.

Педагогическое общение это особенное общение, спе­цифика которого обусловлена различными социально-ро­левыми и функциональными позициями субъектов этого общения.

Первое экспериментальное психологическое исследо­вание стилей руководства было проведено в 1938 году не­мецким психологом Куртом Левиным, впоследствии, с приходом к власти в Герма­нии нацистов, эмигрировавшим в США. В этом же исследовании была введена классификация стилей руководства, которую принято использовать и в наши дни:

1. Авторитарный.

2. Демократический.

3. Попустительский.

Яркие примеры всех этих стилей руководства можно найти в любом литера­турном произведении, посвященном жизни школы.

Так, главный герой романа Ф. Сологуба «Мелкий бес», учитель гимназии Передонов — типичный авторитарный педагог. Он свято верит в то, что гимназиста можно обуздать толь­ко силовыми методами, и главным средством воздействия считает заниженные оценки и розгу. В автобиографической повести Г. Черных и Л. Пантелеева «Республика Шкид» пе­ред нами проходит целая вереница образов учителей, которым приходится «подбирать ключ» к бывшим беспризорникам с уголовным прошлым. Те, кто придерживаются попус­тительского стиля, очень скоро покидают стены школы, затравленные учениками. Особен­но показательна история с молодым педагогом Пал Ванычем Ариковым, выдававшим свое панибратское общение за новое слово в педагогике. Вместо уроков литературы ученики болтали с ним, как с равным, пели, бездельничали, но вскоре сообразили, что такая «уче­ба» не приносит никаких плодов, и сами отказались от якобы «демократического» педаго­га. Подлинный демократический стиль в работе проявлял лишь директор школы, твердо знавший, что ребятам необходима и возможность проявить инициативу, и сдерживающее их буйные порывы руководство. Образ этого мудрого и терпеливого преподавателя ярко воплотил в экранизации книги Сергей Юрский — человека, соизмеряющего силы учени­ков с их способностями и эмоциональными выплесками.

Нередко приходится слышать, что хотя перечисленные выше стили руковод­ства были описаны и разработаны применительно к производственному руковод­ству и общению начальника с подчиненными, они в принципе могут быть перене­сены и на область педагогического общения. Это утверждение неверно ввиду од­ного обстоятельства, мало упоминаемого в работах по социальной психологии. А дело заключается в том, что свое знаменитое исследование К. Левин провел, изучая особенности руководства взрослым группой школьников. А эта проблема непосредственно входит в предметную область социальной педагогической пси­хологии. Так что скорее наоборот, классификация педагогических стилей может быть перенесена на стили руководства вообще, в область промышленной социаль­ной психологии.

В ходе эксперимента К. Левин создал из десятилетних школьников несколько групп («кружков»). Ребята в этих группах занимались одинаковой работой — из­готовлением игрушек. В целях необходимой чистоты эксперимента группы были совершенно идентичны по возрастному критерию, по физическим и интеллекту­альным данным участников, по структуре межличностных отношений и т. д. Все группы работали кроме того в одних и тех же условиях, по общей программе, вы­полняли одно и то же задание. Единственным важным отличием, варьируемой переменной, было существенное различие инструкторов, то есть преподавателей. Разница была в стилях руководства: преподаватели придерживались кто автори­тарного, кто демократического, а кто попустительского стиля. Каждый из них ра­ботал с одной группой шесть недель, а затем осуществлялся обмен группами. По­том работа продолжалась еще в течение шести недель, и затем новый переход в другую группу. Такая процедура делала эксперимент чрезвычайно корректным:

группы не только были идентичными исходно, но и претерпели одинаковое влия­ние всех преподавателей и, соответственно, всех стилей. Таким образом, фактор группы, сводился к нулю, и у исследователя была отличная возможность просле­дить именно влияние стиля руководства на межличностные отношения в группе, на мотивацию деятельности, на результативность труда и т. п.

Прежде чем проанализировать влияние стиля руководства на все названные параметры, совершенно необходимо описать особенности общения преподавате­ля того или иного стиля со школьниками в эксперименте К. Левина.

^ При авторитарном стиле характерная общая тенденция к жесткому управ­лению и всеобъемлющему контролю выражалась в следующем. Преподаватель значительно чаще, чем в других группах, прибегал к тону приказа, делал резкие замечания. Характерным были также нетактичные замечания в адрес одних учас­тников и беспричинные, необоснованные похвалы других. Авторитарный препо­даватель определял не только общие цели деятельности и задание, но и указывал способы выполнения его, жестко решая, кто с кем будет работать. Задания и спо­собы его выполнения давались ученикам поэтапно. (Такой подход снижает моти­вацию деятельности, так как человек точно не знает ее конечных целей.) Следует также заметить, что в социально-перцептивном плане и в плане межличностных установок ориентация на поэтапное разграничение деятельности и поэтапный же контроль свидетельствуют о недоверии преподавателя к самостоятельности и от­ветственности собственных учеников. Или, как минимум, это может означать, что учитель предполагает, будто у его группы эти качества развиты очень плохо. Авторитарный преподаватель жестко пресекал всякое проявление ини­циативы, рассматривая ее недопустимое самоуправство. Исследования других ученых, последовавшие за работой К. Левина, показали, что подобное поведение авторитар­ного руководителя строится на его представлениях о том, что инициатива подрывает его авторитет и веру в его ком­петентность. «Если кто-то из учеников предлагает улуч­шения за счет иного хода работы, значит, он косвенно указывает на то, что я этого не предусмотрел». Так рассуждает авторитарный педагог. Кроме того, оказалось, что авторитарный лидер оценивал успехи участников субъективно, адресуя упре­ки (похвалу) исполнителю как личности.

«Короли смотрят на мир очень упрощен­но: для них все люди — подданные». А. де Сент-Экзюпери

При демократическом стиле оценивались факты, а не личность. Но главной особенностью демократического стиля оказалось активное участие группы в об­суждении хода предстоящей работы и ее организации. В результате у участников развивалась уверенность в себе и стимулировалось самоуправление. При этом стиле в группе возросла общительность и доверительность взаимоотношений.

Главная особенность попустительского стиля руководства заключалась в

том, что педагог по сути дела самоустранился от ответственности за происходя­щее.

Судя по результатам эксперимента, наихудшим стилем оказался попуститель­ский. При нем было выполнено меньше всего работы, да и качество ее оставляло желать лучшего. Важно было и то, что участники отмечали низкую удовлетворен­ность работой в группе попустительского стиля, хотя никакой ответственности за нее не несли, а работа скорее напоминала игру.

При авторитарном стиле исследователь отметил проявления враждебности во взаимоотношениях участников в сочетании с покорностью и даже заискиванием перед руководителем.

Наиболее эффективным оказался демократический стиль. Участники группы проявляли живой интерес к работе, позитивную внутреннюю мотивацию деятель­ности. Значительно повышалось качество и оригинальность выполнения заданий. Групповая сплоченность, чувство гордости общими успехами, взаимопомощь и дружелюбие во взаимоотношениях — все это у демократической группы разви­лось в очень высокой степени.

Более поздние исследования лишь подтвердили результаты эксперимента Ле­вина. Предпочтительность демократического стиля в педагогическом общении была доказана на разных возрастных группах, начиная от младших школьников и кончая старшеклассниками.

Предметом одного из исследований (Н. Ф. Маслова) стало изучение отноше­ния первоклассников к школе. При этом опросы проводились дважды — первый раз фиксировалось отношение будущих первоклассников к школе за две недели до поступления, а второй раз диагностировалось их отношение к школе в конце первой четверти. В результате удалось установить, что отношение к школе ухуд­шилось у всех. Однако оказалось, что ученики, попавшие к авторитарному учите­лю, куда более отрицательно воспринимали школу, чем те, кто начал учебу у педа­гога другого стиля.

Также в ходе эксперимента выяснилось, что у авторитарных учителей слабо­успевающие ученики втрое чаще указывают, что их учитель любит ставить двой­ки. Самое примечательное заключается в том, что в действительности в класс­ных журналах количество двоек у учителей авторитарного и демократического стилей оказалось одинаковым. Таким образом, стиль взаимодействия педагога с учащимися определяет в данном случае и особенности того, как его воспринима­ют ученики. Понятно, что интерес к учебе зависит у детей не столько от трудно­стей школьной жизни, сколько от особенностей обращения учителя с учениками.

В другом исследовании изучалась связь между стилями педагогического обще­ния и особенностями восприятия педагогом личности учащихся (А. А. Бодалев, 1983). В результате обнаружилось, что авторитарные преподаватели недооцени­вают развитие у учеников таких качеств, как коллективизм, инициативность, са­мостоятельность, требовательность к другим. Вместе с тем они зачастую отзыва­лись о детях как об импульсивных, ленивых, недисциплинированных, безответ­ственных и т.д. Заметим, что такие представления авторитарных педагогов являются в значительной степени осознанной или подсознательной мотивиров­кой, оправдывающей их жесткий стиль руководства. Формулы этой логической цепочки можно выразить следующим образом. «Мои ученики ленивы, недисцип­линированны и безответственны, а потому совершенно необходимо постоянно контролировать их деятельность на всех ее этапах». «Мои ученики в такой сте­пени неинициативны и несамостоятельны, и поэтому я просто обязан брать все руководство на себя, определять стратегию их деятельности, давать им указа­ния, рекомендации и т. д.» Поистине, наше поведение является рабом наших уста­новок.

Справедливости ради необходимо отметить, что современная социальная пси­хология утверждает — существуют и такие обстоятельства, когда наиболее пло­дотворным и адекватным может оказаться все-таки авторитарный стиль. Здесь опять-таки уместно вспомнить уже упоминавшийся роман «Республика Шкид», где единственным способом обуздать «трудных» детдомовцев, недавних беспри­зорников, в критической ситуации становился именно авторитарный стиль, жест­кое руководство, решительные меры. Однако для ситуаций обычного общения, тем более педагогического, это скорее исключение, чем правило.

Резюме

Педагогическое общение — это особенное общение, специфика которого обуслов­лена различными социально-ролевыми и функциональными позициями субъек­тов этого общения. Учитель в процессе педагогического общения осуществляет (в прямой или косвенной форме) свои социально-ролевые и функциональные обя­занности по руководству процессом обучения и воспитания. От того, каковы стилевые особенности этого общения и руководства, в существенной мере зависит эффективность процессов обучения и воспитания, особенности развития личнос­ти и формирования межличностных отношений в учебной группе. Наиболее рас­пространенной классификацией стилей руководства, в полной мере относящейся к педагогической деятельности, является классификация, выделяющая авторитар­ный, демократический и попустительский стили. Наиболее эффективным в педа­гогическом общении, в большинстве случаев, оказывается демократический стиль. Следствием его применения является повышение интереса к работе, пози­тивная внутренняя мотивация деятельности, повышение групповой сплоченнос­ти, появление чувства гордости общими успехами, взаимопомощи и дружелюбия во взаимоотношениях.

 

^ Вопросы и задания для самоконтроля

 

1. Какие стили педагогического руководства вы знаете и в чем их особенности?

2. Как влияют различные стили руководства на эффективность педагогической дея­тельности и общения?

3. Подтвердите ответ на предыдущий вопрос результатами известных вам эксперимен­тальных исследований.

 

 

^ ПОЗНАНИЕ ПЕДАГОГОМ УЧАЩИХСЯ

 

Проблема познания педагогом личности учащегося традиционно актуальна в прак­тическом отношении. Еще К. Д. Ушинский, уделявший значительное внимание психологическому аспекту в решении проблем педагогики, подчеркивал, что если педагогика хочет воспитать человека во всех отношениях, то она должна преж­де всего узнать его во всех отношениях. Однако перейти от императивной и скорее публицистической постановки проблемы к ее научному формулированию, а тем более — к методам ее решения, было совсем не просто.

«Легче познать людей вообще, чем одного человека в частности». Ф. Ларошфуко.

В настоящее время проблема познания педагогом лич­ности учащегося приобрела особую значимость, ибо она непосредственно связана с гуманистическими тенденция­ми, которые составляют ядро современного учебно-воспи­тательного процесса. Как уже отмечалось в предыдущих разделах, различные новые подходы в педагогической практике (педагогика со­трудничества, коммунарская методика и др.) связаны с переходом от понятийной системы «субъект—объект» к системе «субъект—субъект», от одностороннего процесса анализа к двустороннему. Несмотря на то что в психологии понятия «де­ятельность» и «общение» рассматриваются как самостоятельные категории, име­ются области, в которых они сближаются. В особенности это заметно на примере педагогических дисциплин, объект которых — именно та деятельность, которая строится по законам общения. Общение же как таковое всегда предполагает параллельный процесс межличностного познания. Поэтому эффективность педагогического общения во многом зависит от того, насколько полно и адекватно педагог отражает личность учащегося.

Проблема продуктивности педагогической деятельности и общения — одна из актуальнейших в педагогике и педагогической психологии. Высокая объективная сложность этой проблемы объясняется целым комплексом факторов, влияющих на конечный результат педагогической деятельности. Что касается субъективной трудности ее решения, то она связана в основном с многочисленными, часто раз­норечивыми подходами к анализу и даже к самой постановке проблемы.

Так, применительно к педагогической деятельности принято говорить о ее продуктивности, эффективности, оптимизации и т. д. У всех этих понятий имеется много общего, но каждое из них отражает и специфический аспект проблемы. Вопрос о продуктивности педагогической деятельности в ряде исследований ставит­ся в контексте акмеологического подхода. В работах Б. Г. Ананьева заложены ос­новы нового раздела возрастной психологии — акмеологии, которая рассматри­вается как наука о наиболее продуктивном, творческом периоде жизни человека. Развивая эти идеи применительно к педагогике и педагогической психологии, Н. В. Кузьмина экспериментально и теоретически обосновала акмеологический подход к педагогической деятельности. Поскольку речь в данном случае идет об исследовании особенностей плодотворной деятельности педагога, то основным критерием становится не возраст, а профессионализм педагога.

Понятие «продуктивности» педагогической деятельности неоднозначно. Мож­но говорить, например, о функциональной и психологической продуктивности. Под функциональными продуктами деятельности обычно подразумевается созда­ние системы дидактических методов и приемов, коммуникативные умения и т. п. Под психологическими — новообразования в личности учащегося. Между функ­циональными и психологическими продуктами нет жесткой зависимости: высоко­му функциональному уровню не всегда соответствует адекватный психологический.

В последние годы наряду с традиционным вниманием к проблемам психологии деятельности все большее внимание уделяется проблемам психологии общения. Нет необходимости рассматривать здесь теоретические аспекты этих понятий и их различия. Отметим только, что в современной науке общение и деятель­ность — это самостоятельные психологические реальности с собственной струк­турой и своими законами. Между ними существуют органические связи. Более того, встречается общение, которое принципиально строится по законам деятель­ности (например, актерская игра), и наоборот, имеются виды деятельности, кото­рые строятся по законам общения.

Поскольку объект педагогической деятельности — личность/человек, то она строится по законам общения. В структуре общения обычно выделяют три состав­ляющих:

1. Когнитивный (познавательный).

2. Аффективный (эмоциональный).

3. Поведенческий.

Существуют и другие модели, однако в любой классификации выделяется прежде всего когнитивный аспект общения. В педагогическом общении он прио­бретает особое значение. Результативность педагогической деятельности зависит именно от глубины изучения педагогом личности ученика, от адекватности и пол­ноты познания. Как явствует из исследований С. В. Кондратьевой и ее сотрудни­ков (имеются в виду прежде всего работы В. М. Розбудько), педагоги с низким уровнем продуктивности деятельности обычно воспринимают лишь внешний ри­сунок. Они не углубляются в истинные цели и мотивы, в то время как педагоги высокого уровня продуктивности способны отражать устойчивые интегративные свойства личности, выявлять ведущие цели и мотивы поведения, объективность оценочных суждений и т. д. Аналогичные результаты были получены и в ходе дру­гих исследований (А. А. Бодалев, А. А. Реан и др.). Таким образом, совершенно очевидна тесная связь между продуктивностью педагогической деятельности и эффективностью познания педагогом личности учащихся. Механизм стереотипизации, хорошо известный нам из общей теории межличностного познания, «рабо­тает» и в процессе познания педагогом личности учащегося. Причем здесь также налицо все его разновидности: социальные, эмоционально-эстетические, антро­пологические.

Так, у педагога под влиянием собственного педагогического опыта складыва­ются специфические социальные стереотипы: «отличник», «двоечник», «акти­вист» и т. д. Впервые встречаясь с учащимся, который уже получил характеристи­ку «отличника» или «двоечника», педагог с большей или меньшей вероятностью предполагает у него наличие определенных качеств. Конечно, не стоит думать, что этот набор стереотипов неизменен, что все педагоги рисуют себе одинаковый образ «отличника», «двоечника», «общественника-активиста» и т. д. Наоборот, все оценочные стереотипы носят подчеркнуто субъективный, индивидуальный харак­тер. В этом нет ничего удивительного, поскольку каждый стереотип представляет собой закрепленный опыт общения с учащимися, опыт данного конкретного педа­гога. Представим себе такую ситуацию. Несколько преподавателей узнают, что в их группе будет учиться активист, ярко выраженный лидер. Реагировать они бу­дут по-разному. Один в силу своего стереотипа может предположить, что управ­лять группой станет легче, другой, опираясь на горький опыт общения с «активис­тами», решит, что новичок непременно карьерист, выскочка, который ведет себя вызывающе и т. п.

Говоря об индивидуальном содержании педагогических стереотипов, все-таки нельзя забывать об общей направленности распространенности многих из них. Общеизвестно, что среди преподавателей чрезвычайно распространен следующий стереотип: хорошая успеваемость учащихся связана с характеристиками личнос­ти. Тот, кто успешно учится, априорно воспринимается как человек способный, добросовестный, честный, дисциплинированный. И наоборот, «двоечник» — это бесталанный несобранный лентяй.

В ряде исследований, а также в педагогической публицистике можно найти описания и другого педагогического стереотипа: очень часто «неблагополучны­ми» детьми считаются «ершистые», беспокойные ученики, те, кто не может уси­деть на занятиях, молча, пассивно реагировать на замечания, те, кто неизменно вступает в пререкания. Практика показывает, что чаще всего педагоги просят пси­холога «поработать» именно с такими «неуправляемыми» детьми, считая их склон­ными к асоциальному поведению. А вот учеников, которые охотно подчиняются педагогу, поступают согласно его указаниям и замечаниям, обычно считают бла­гополучными, не относят к категории «трудных». Этот феномен, хотя и заслужи­вает самого детального рассмотрения, тем не менее по сути своей связан с общи­ми, универсальными психологическими закономерностями. В этой связи особого упоминания заслуживает работа индийских психологов П. Джанак и С. Пурнима. Их эксперименты показали, насколько лесть и преувеличенно трепетное отноше­ние к указаниям начальства приводят к тому, что руководитель одобряет «льсте­ца». Интересно, что падкими на лесть оказались и те руководители, которые пользовались репутацией бесстрастных, объективных, подчеркнуто официальных в обращении с подчиненными.

То, что профессиональная оценка педагогом личностных качеств ученика мо­жет зависеть от его внешней привлекательности, может показаться неправдопо­добным. Однако этот эффект проявляется не только в оценках подростков, но и малышей. В ходе одного из экспериментов студентам университета будущим пе­дагогам были выданы описания проступков, совершенных семилетними ребята­ми. К этим описаниям были приложены фотографии «виновников». Оценивая свое отношение к этим малышам и их поведение, студенты проявили большую снисхо­дительность к обладателям более привлекательной внешности (А. А. Бодалев, 1983).

Показательна история английского короля Ричарда Третьего, «черной легенды» Брита­нии. Судя по историческим данным, хроникам Томаса Мора, которыми воспользовался и Шекспир в своей пьесе, король, поднявшийся на трон по трупам родичей и противников, в том числе и двух малолетних принцев, был отъявленным злодеем, да еще и горбатым хро­мым уродом. Однако совсем недавно историки установили, что после смерти Ричарда враж­дебный ему клан вельмож подтасовал не только часть исторических сведений, где король изображался злодеем и уродом, но и заставил придворных художников переписать порт­рет Ричарда, «изуродовав» с помощью кисти и краски его лицо и фигуру.

Как мы видим, связь внешности с внутренними качествами человека для мно­гих нерушима. Враги короля, желая очернить его в глазах потомков, не ограничи­лись клеветой на его дела, поскольку для них не подлежало сомнению, что злой человек некрасив. Благодаря гениальной трагедии Шекспира стереотип «некра­сивый человек зол» только укрепился в нашем сознании. И напротив — в «Порт­рете Дориана Грея» О. Уайльда юноша, от природы наделенный необычайной кра­сотой, с первого взгляда казался окружающим добрым, внимательным, участли­вым. И даже когда его порочное поведение стало известно в обществе, многие не верили, что такой красивый человек способен на подобные злодейства.

Как и любой человек, педагог почти никогда не осознает влияния многих сте­реотипов на собственные оценки учащихся. Однако это обстоятельство не отме­няет их действия, напротив, чем менее человек осознает наличие у себя стереоти­пов, тем более подвержен он их влиянию. Любые стереотипы оказывают огромное влияние на восприятие именно тогда, когда мы мало знаем о человеке — то есть в условиях дефицита информации о личности. По мере знакомства педагога с уче­никами, взаимодействия с ними в урочное и внеурочное время, в процессе наблю­дения их поведения в различных ситуациях оценка становится все более индиви­дуализированной. А затем начинает определяться конкретными чертами поведе­ния и деятельности. Поэтому чрезвычайно важна педагогическая заповедь, сформулированная В. П. Зинченко в шутливой форме: «Не удивляйся, когда уче­ник выходит из образа, которым ты его наделил или за него построил. Это нор­мально».

Итак, педагогические стереотипы существуют и играют определенную роль в познании педагогом личности учащегося. Плохо это или хорошо? На этот вопрос трудно ответить однозначно. В научном плане необходимо учитывать момент при­писывания определенных качеств, опосредующий и заменяющий познание как таковое. Бессмысленно оценивать процесс приписывания как «плохой» или «хо­роший»; необходимо всесторонне изучать его. Цель такого изучения — раскрыть содержание и механизм этих процессов. Это способствует исправлению и само­коррекции в сфере восприятия и оценки окружающих.

Если же попытаться ответить на вопрос о педагогических стереотипах с прак­тической точки зрения, то в их существовании можно найти и «плюсы» и «мину­сы». Отрицательная сторона стереотипов понятна и объяснима. Принято считать, что они ведут к ограничению «педагогического видения», лишают способности адекватно и всесторонне познавать личность учащегося. А это негативно влияет на отношение к нему и снижает эффективность управления учебным процессом. А что же хорошего в стереотипах? Задумаемся, какой смысл мы вкладываем в по­нятие «опытный учитель».

Одним из главных его качеств считается способность уже при первой встрече с учащимися определить их основные особенности, наметить распределение ро­лей в коллективе. Опытный педагог, впервые войдя в новую группу, отмечает: «Вот этот, скорее всего, доставит мне много хлопот, крепкий орешек, а этот... » Что это, как не опора на педагогические стереотипы, в основе которых лежит опыт педаго­гической работы, постоянного взаимодействия с детьми? Познавательная функ­ция стереотипов налицо.

В межличностном познании стереотипы играют негативную роль, если педагог жестко следует им и их влияние приобретает абсолютный характер. А положи­тельное значение стереотипы приобретают в том случае, если педагог, опираясь на них, дает лишь вероятную приблизительную оценку личности учащегося («ско­рее всего, он доставит мне много хлопот»); если педагог отдает себе отчет в суще­ствовании субъективных оценочных стереотипов. Опора на стереотипы в идеале должна быть лишь одним из возможных механизмов познания, который действует в условиях дефицита информации, а впоследствии уступает место целенаправлен­ному профессиональному изучению личности.

Не последнюю роль в познании ученика играет и явление проецирования. Его суть заключается в приписывании собственных личностных особенностей друго­му. Проецирование, как и влияние стереотипов, также может иметь место в педа­гогическом процессе. Однако в ходе познания педагогом личности учащегося воз­можность проецирования ограничена различиями в возрасте, социальном статусе и ролевых позициях педагогов и учащихся. Когда эти различия объективно (на­пример, в силу молодости педагога) и субъективно (установка на равноправие — коммунарская методика, педагогика сотрудничества) не столь значительны, дей­ствие механизма проецирования может быть весьма существенным.

Особая роль в процессе познания педагогом личности учащихся и общения с ним принадлежит эмпатии. Способность к сопереживанию не только повышает адекватность восприятия «другого», но и ведет к установлению эффективных, по­ложительных взаимоотношений с учащимися.

С одной стороны, более глубокое и адекватное отражение личности учащихся позволяет педагогу принимать свои решения более обоснованно, а значит, повы­шает продуктивность воспитательного процесса. С другой стороны, проявление эмпатии находит эмоциональный отклик у учащегося, и между ним и педагогом устанавливаются положительные отношения. А это в свою очередь также не мо­жет не повышать продуктивность педагогического общения.

В знаменитом романе Дж. Сэлинджера «Над пропастью во ржи» единственный человек из мира взрослых, к которому обращается за помощью и поддержкой главный герой-подро­сток (запутавшийся в проблемах и погруженный в стресс), — его бывший школьный учи­тель. Почему, ведь Холден давно уже у него не учится? Дело в том, что мистер Антолини сопереживает мальчику, в то время как родители и другие учителя только выражают бес­покойство и диктуют свою волю. Более того, Холден оценивает учителей не по их профес­сиональным достоинствам, а в зависимости от их душевных качеств, способности сопере­живать.

В работе с «трудными» подростками проявление эмпатии имеет особое значе­ние, так как многие из них испытывают настоящую нехватку сочувствия, сопере­живания. Согласно данным одного из отечественных исследований, 92,2 % под­ростков, состоящих на учете в инспекции по делам несовершеннолетних, чувст­вовали недостаток положительных эмоциональных контактов, находились в со­стоянии психологической изоляции в своих учебных коллективах. По данным Л. М. Зюбина, 35 % подростков-правонарушителей проживают в семьях, для ко­торых характерны нездоровые отношения между родителями и детьми, наличие ярко выраженных асоциальных установок, действующих в семье. Исследования Л. М. Зюбина, как и ряд других, показывают, что в последние годы влияние небла­гополучной ситуации в семье на поведение подростка возросло. Многочисленные экспериментальные и эмпирические исследования позволили установить, что раз­витие склонности к насилию и ее закрепление в виде жизненного стиля личности обычно напрямую связано с недостатком эмпатии как у самой личности, так и у ее окружения. Причины, обусловливающие такое поведение, уходят корнями в ран­нее детство. Данные исследований убедительно свидетельствуют, что подавляю­щее большинство подростков, отличающихся делинквентным (противоправным) поведением, испытали в той или иной мере эмоциональную изоляцию: недостаток любви, недостаток родительской заботы и т. д.

Никто не отрицает несомненной важности проявления эмпатии в педагогиче­ском контакте с такими детьми. Однако приходится с сожалением констатировать, что в реальности они не только испытывают дефицит сопереживания со стороны педагогов, но подвергаются еще большему давлению, нежели в семье. В некото­рых случаях неспособность к проявлению эмпатии в сочетании с низким педаго­гическим профессионализмом существенно усугубляет процесс негативного раз­вития личности подростка, прямо приводит к дидактогениям. (Дидактогении — это причинение вреда нервно-психическому здоровью учащихся за счет непрофес­сиональных действий педагога.) Приведем в качестве примера случай, с которым одному из авторов пришлось столкнуться в ходе работы по изучению психологи­ческих особенностей личности подростков, состоящих на учете в инспекции по делам несовершеннолетних (ИДН). Учительница, которая курировала одного из подростков, отмечала, что после снятия с учета он стал неуправляемым, грубым, держался вызывающе и т. д. А вот пока он состоял на учете, все было хорошо, и она находила с ним общий язык. Какой же педагогический прием применяла эта учительница? Оказывается, товарищи подростка и не подозревали о проступках, повлекших за собой постановку на учет в ИДН. И как только поведение подростка в очередной раз выходило за установленные рамки, учительница приглашала его на индивидуальную беседу, стержень которой состоял в угрозе «все» рассказать товарищам. Этот, без сомнения, эффективный способ поддержания дисциплины многократно использовался почти на протяжении двух лет. Вдумаемся: в ранг пе­дагогического приема был возведен шантаж, циничность которого не требует ни психологических, ни педагогических доказательств.

Механизмы децентрации и идентификации также играют важнейшую роль в процессе познания педагогом личности учащегося. Адекватность, полнота и глу­бина познания личности учащегося зависит именно от способности педагога по­бороть эгоцентризм, взглянуть на ситуацию глазами ученика, понять и принять точку зрения учащегося, наконец, встать на его место и рассуждать с его позиции. Все это становится возможным благодаря не только изначальным педагогическим способностям, но и специальным умениям. Следовательно, теоретические зако­номерности и прикладные аспекты познания педагогом учащихся должны обяза­тельно рассматриваться как центральный элемент профессионально-педагогиче­ской подготовки.

uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-gse-v-03-geokriologiya-merzlotovedenie-i-glyaciologiya.html
uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-gse-v-1-gse-r-2-mirovaya-hudozhestvennaya-kultura-osnovnaya-obrazovatelnaya-programma-podgotovki-specialista-po-specialnosti.html
uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-gse-v-logika-dlya-specialnosti.html
uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-himiya-radiomaterialov-specialnost-210405-65-radiosvyaz-radioveshanie-i-televidenie-forma-podgotovki-ochnayazaochnaya-inzhenernaya-shkola-dvfu-kafedra-elektroniki-i-sredstv-svyazi.html
uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-igri-v-logopedicheskoj-rabote-specialnosti-050712-tiflopedagogika-050713-surdopedagogika-s-dopolnitelnoj-specialnostyu-050715-logopediya.html
uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-infomacionnie-tehnologii-tehniko-finansovogo-analiza.html
  • learn.bystrickaya.ru/finansi-predpriyatij-finansovie-otnosheniya-organizacij-i-principi-ih-organizacii.html
  • klass.bystrickaya.ru/5-difrakciya-fraungofera-na-ploskih-i-prostranstvennih-reshetkah.html
  • report.bystrickaya.ru/klassifikaciya-elektricheskih-cepej-i-ih-elementov.html
  • credit.bystrickaya.ru/otchet-za-oktyabr-noyabr-2009-goda-poluchena-podderzhka-stranica-24.html
  • znanie.bystrickaya.ru/42-rekomendacii-po-organizacii-setevogo-vzaimodejstviya-obrazovatelnih-uchrezhdenij-organizacij-v-celyah-realizacii-profilnogo-obucheniya-na-starshej-stupeni-obshego-obrazovaniya.html
  • composition.bystrickaya.ru/organizaciya-i-provedenie-seminarskih-zanyatij-fakultet-socialno-gumanitarnij.html
  • desk.bystrickaya.ru/plan-meropriyatij-po-nadzoru-za-soblyudeniem-trebovanij-pozharnoj-bezopasnosti-na-obektah-nadzora-raspolozhennih-na-territorii-lesozavodskogo-gorodskogo-okruga-na-2009-2013-goda-pp-stranica-3.html
  • testyi.bystrickaya.ru/4-pbu-18005-15-apsheron-s-dizel-elektricheskim-privodom-gosudarstvennij-komitet-sssr-po-delam-stroitelstva.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zavtra-v-novosibirske-predstavyat-trollejbus-gibrid-i-gazovij-avtobuskomsomolskaya-pravda-novosibirsk.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/informatika-chast-2.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/otchet-o-rezultatah-samoobsledovaniya-nou-vpo-irkutskij-institut-mezhdunarodnogo-turizma-stranica-6.html
  • composition.bystrickaya.ru/otveti-po-kursu-fiziki.html
  • studies.bystrickaya.ru/iv--sociologicheskij-analiz-i-otnoshenie-ego-k-drugim-naukam-emil-genneken-opit-postroeniya-nauchnoj-kritiki-ot-izdatelya.html
  • literature.bystrickaya.ru/da-mtv-net-pushkam-pokolenie-iks-inostrannaya-literatura-3.html
  • write.bystrickaya.ru/glava-xvi-o-pomestnih-zemlyah-a-v-nej-69-statej-gramota-mihaila-fedorovicha-v-sol-vichegodskuyu-o-vivode-zakladchikov.html
  • college.bystrickaya.ru/3-struktura-upravleniya-obsheobrazovatelnogo-uchrezhdeniya.html
  • college.bystrickaya.ru/-348-elektromonter-po-remontu-elektrooborudovaniya-edinij-tarifno-kvalifikacionnij-spravochnik-rabot-i-professij-rabochih.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/ob-obshestvennoj-palate-respubliki-tiva.html
  • znanie.bystrickaya.ru/8-prava-i-obyazannosti-eksperta-nagaev-v-v-n16-osnovi-sudebno-psihologicheskoj-ekspertizi-ucheb-posobie-dlya-vuzov.html
  • uchit.bystrickaya.ru/strukturno-lingvisticheskaya-katastrofa-smert-yazika-i-individa-v-a-kutiryov-chelovecheskoe-i-inoe-borba.html
  • uchenik.bystrickaya.ru/cifrovie-ats-chast-2.html
  • credit.bystrickaya.ru/oven-podchinennij-21-marta-20-aprelya.html
  • spur.bystrickaya.ru/konspekt-lekcij-prednaznachen-dlya-studentov-ekonomicheskih-specialnostej-aspirantov-prepodavatelej-prakticheskih-rabotnikov-vneshneekonomicheskoj-sferi.html
  • institut.bystrickaya.ru/temi-kontrolnoj-raboti-po-predmetu-upravlenie-personalom-primernij-perechen-tem.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/programma-vstupitelnih-ekzamenov-v-magistraturu-po-napravleniyu-200300-68-biomedicinskaya-inzheneriya-obshie-polozheniya.html
  • nauka.bystrickaya.ru/usloviya-provedeniya-aukciona-dokumentaciya-ob-aukcione-na-pravo-zaklyucheniya-gosudarstvennogo-kontrakta-na-vipolnenie.html
  • bukva.bystrickaya.ru/tematicheskij-slovar-rabochaya-programma-po-anglijskomu-yaziku-dlya-studentov-dnevnoj-formi-obucheniya.html
  • literatura.bystrickaya.ru/remont-i-modernizaciya-osnovnih-sredstv.html
  • uchenik.bystrickaya.ru/konstitucionno-pravovoj-status-rf.html
  • esse.bystrickaya.ru/pryamogo-dostupa-ni-k-gnevu-ni-k-ozhidaniyam-a-takzhe-ne-beret-na-predislovie.html
  • literatura.bystrickaya.ru/s-v-piminova-8-oktyabrya-2010-goda-prikaz-68-rabochaya-programma-obucheniya-sotrudnikov-mou-velikogubskaya-sosh-v-oblasti-grazhdanskoj-oboroni-zashiti-ot-chrezvichajnih-situacij-prirodnogo-i-tehnogen.html
  • write.bystrickaya.ru/glava-3-pomislivshie-mir-kniga-obrashena-k-tem-kto-issleduet-teoriyu-i-praktiku-psihofizicheskoj-transformacii-cheloveka.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/psihologo-pedagogicheskie-osobennosti-testovoj-formi-kontrolya-i-metodi-sostavleniya-testovih-zadanij-ih-prakticheskoe-primenenie-pri-obuchenii-studentov-zubovrachebnogo-otdeleniya.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/rossiya-mozhet-oprotestovat-reshenie-espch-v-otnoshenii-bivshej-sudi-olgi-kudeshkinoj.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/koncepciya-puankare-o-edinstve-atomizma-i-neprerivnosti-osnova-dlya-vihoda-iz-krizisa-sovremennoj-teoreticheskoj-fiziki-g-m-trunov.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.